— Ты зачем это сделал? Как ты вообще тут оказался? — грозно смотрю на маленького хулигана и не вижу на его лице ни капли раскаяния!
Пацан, наоборот, тоже сдвинул брови и хмуро смотрит на меня исподлобья.
— Мне вообще-то больно, — пытаюсь давить на жалость.
— Пусть, — бурчит этот сорванец.
— Так. Где твой отец? Как его зовут? — спрашиваю строго.
— У меня нет папы!
Ясно. Безотцовщина. Тогда многое понятно.
Беру мальчишку за руку, чтобы отвести к охране и узнать, чей он, но он вдруг бьёт меня и впивается зубами в моё запястье.
Прилагаю усилия, чтобы не отматерить его вслух, и разжимаю захват.
— Костя! Ты что тут делаешь? — в кабинет забегает она и круглыми глазами смотрит то на меня, то на мальчишку.
Пацан тут же подбегает к ней и прячется за её ноги.
— Это ваш ребёнок, Светлана Владимировна? — строго спрашиваю я, потирая запястье.
Но ответ услышать не успеваю.
— Осторожно!
Оборачиваюсь и вижу, как на меня со шкафа летит тот самый глобус. Распахиваю глаза и резкая боль прямо во лбу. Темнота. Сколько это длится? А потом яркая вспышка и я приоткрываю один глаз. Вижу её. Её! Она! Дыхание перехватывает. Приподнимаюсь и шепчу чужим голосом:
