— Если ты посмеешь туда сунуться, я сделаю всё, чтобы ты уволилась сама! — шипит Глеб. От его привычной, снисходительной заботы не осталось и следа. — Ты сбежишь в слезах через неделю.
Я смотрю в его забегавшие глаза и с наслаждением отпиваю горячий чай.
— Не драматизируй, милый. Совместный труд сближает.
— Ты меня душишь! Мне нужно личное пространство, Лера! Я не позволю тебе там работать!
— Тебе нужно хорошо питаться и беречь нервы, — я спокойно отодвигаю чашку. — Ты стал так плохо выглядеть после дежурств. Но теперь я смогу разделить с тобой все невзгоды. Как мы и обещали друг другу, помнишь?
Я вижу, как он бледнеет. Конечно, ты не хочешь. Ведь тогда всем в больнице станет ясно: я – абсолютно здоровая, успешная женщина, отличный врач, а не депрессивная истеричка с поехавшей кукушкой, о которой ты так самоотверженно заботишься из жалости. Твои сладкие сказки для наивной медсестры с внезапной задержкой рухнут в первый же мой рабочий день.
